17 ноября 80 лет отметил Михаил Израилевич Флейшер Югорск

17 ноября 80 лет отметил Михаил Израилевич Флейшер. Почти 20 лет Михаил Флейшер руководил заводом строительных материалов. Неоднократно избирался депутатом Советского района, был депутатом и членом исполкома Комсомольского поселкового совета.

Свои способности и тягу к производственной сфере Михаил Израилевич осознал еще в детстве, когда в 16 лет пошел работать на Нижнетагильский металлургический комбинат наладчиком. После отучился в Уральском политехническом институте, по окончании которого устроился на Тавдинский лесообрабатывающий комбинат – там прошел путь от инженера до заместителя директора. В 1975 году приехал на Север, где ему предложили должность директора ЛДК в Советском. В июле 1983 года Михаил Израилевич Флейшер был назначен директором ЗСМ в Комсомольском.

Как сейчас вспоминает Михаил Израилевич, доставшееся ему хозяйство, которое в дальнейшем стало успешно работающим предприятием, находилось на начальной стадии развития. Цех железобетонных изделий продукцию еще не выпускал. Стояли конструкции цеха керамзитового гравия. Лесопильный цех вообще цехом назвать было трудно. Выход обрезных пиломатериалов был преступно низким – всего 46 %, а все остальное – отходы. Да и кому нужны необрезные доски. Столярный цех выпускал только погонаж. Тоже та еще нужная продукция. На растворобетонном узле цемент подавали вручную. Даже грамотному инженеру и опытному руководителю Михаилу Израилевичу привести в рабочее состояние объединенные под вывеской завода цеха казалось не так просто. Но пасовать перед трудностями он не привык. Наоборот, чем сложнее представлялась задача, тем охотнее он брался за ее решение. Начал с перестройки цехов. Лесопильный цех нуждался в площадке для сортировки древесины. А возле цеха был овраг, и организовать ее было негде. Никуда не вписывалась и машина, которая позволила бы разрезать дерево по технологии, чтобы отходы шли в одну сторону, качественные доски – в другую, необрезные – на доработку. В общем, думать по ночам было над чем. В итоге выход был найден. Михаил Израилевич настоял: отсыпать 30 метров грунта, поставить козловой кран. Это позволило сортировать древесину на 4 диаметра и снизить процент отходов. Увеличили и разделочную площадку. Второе, что сделал новый директор, – запретил выпуск погонажа. Вместо этого стали делать сборную столярку. Полностью собранные оконные блоки пользовались большим спросом.

Производство росло, появился цех олифирования, сушилки, керамзитовый цех. Завод стал выпускать блоки для строительства домов. Многоэтажки взмывали ввысь одна за другой на улицах Ленина, 40 лет Победы, Железнодорожной. Предприятие, зародившееся еще при Евгении Николаевиче Яковлеве, при новом генеральном директоре «Тюментрансгаза» – Григории Николаевиче Полякове – процветало. За каких-то 5-6 лет в Комсомольском были ликвидированы все вагон-городки – такую задачу поставил Поляков, и она успешно была выполнена.

Что такое вагончик, сегодня знает не каждый. Их в шутку называли сборно-щелевыми домами. Немного утеплителя, пергамент, доски. Держать тепло такие строения не могли априори. В сильные морозы люди мерзли, естественно, включали дополнительные обогреватели, проводка не выдерживала, и вагончики часто горели. Порой, уезжая в отпуск, граждане переносили более ценные вещи – в то время это были ковры, телевизор, одежда – к друзьям, знакомым. Постепенно эта проблема сошла на нет. Мало того, что это было сделано в Комсомольском, таких же результатов удалось добиться в трассовых поселках. Комплектующие с завода отправлялись по железной дороге, сплавлялись по рекам. Завод набрал небывалые темпы производства, 100-квартирный дом выпускали за месяц. Порой параллельно вели два дома. Конечно, 469-я серия дома, которую выпускал завод, в стране уже тогда была снята с производства – морально устарела: маленькими были кухни, низкими потолки. Была идея внедрить новую серию, но по некоторым причинам, не зависящим от директора завода, от нее отказались. А зря, сожалеет Михаил Израилевич. Но все же некоторые усовершенствования в серию были внесены, в частности, выросли потолки, появились теплые лоджии, кухни стали просторнее.

Постепенно строительные объемы возрастали: строились детские сады, швейная фабрика, универмаг, в здании которого сегодня располагается администрация города. К сожалению, сегодня эти успехи завода только часть его истории. Почему перестали выпускать комплектующие для строительства домов, зданий мы сегодня можем только догадываться. Все скрывается за словосочетанием «экономически невыгодно». А тогда завод не только поставлял строительные материалы, здесь еще развивали, причем довольно успешно, сельское хозяйство. Прямо на территории завода были построены ферма, теплицы. С гордостью Михаил Израилевич вспоминает об успехах и в этой области. Стадо было большим – 256 коров. Надой на фуражную корову был больше, чем в совхозе. За парным молоком, сливками, свежими овощами шли жители со всего поселка. По той же причине, о которой мы уже догадались в первый раз, не стало фермы и теплиц. Коров передали в совхоз. Конечно, через два года Михаилу Израилевичу предлагали возродить подсобное хозяйство при заводе, но, подумав пару ночей, он отказался. Теплицы забрал, так как они стояли на территории завода.

Организация кирпичного производства – отдельная история. Началось все, как ни странно, с развала Чешской республики. За долги перед «Газпромом» чехи отдали заводское оборудование по производству кирпича. Комплекты двух заводов были переданы «Тюментрансгазу». Один из заводов решено было поставить в Агирише. Кто будет заниматься заводом? Конечно, Флейшер! Михаил Израилевич поехал в Агириш, ознакомился с проектом, все взвесил и о своем решении сообщил руководству «Тюментрансгаза» – такое производство в Агирише не поставить. Завод – автомат, нужны специалисты, а они в такую глушь не поедут. Так завод по производству кирпича начал строиться в Комсомольском. Но на стадии проектирования завод у ЗСМ забрали.
Дальнейшая судьба кирпичного производства витиевата и непроста: его передавали из рук в руки представлявшимся специалистам, то запускали, то хотели закрывать. В итоге в «Тюментрансгаз» снова вызвали Флейшера: «Забирай и приводи в порядок». Убеждать у нас всегда умели. При изучении производства выявилось столько недочетов и грубых ошибок, что начинать все пришлось практически с нуля. Кроме того, не подошла глина – кирпич разрушался. Тогда Михаил Израилевич вспомнил о другом неразведанном карьере. Находился он там, куда весь Комсомольский ездил за жимолостью. Взятые пробы показали: глина там отличного качества. Михаилу Израилевичу удалось доказать, что карьер нужно разрабатывать. Риск огромный, но каким-то шестым чувством осознавал: решение верное. «Тюментрансгаз» оплатил разработку. На завод завезли пять тысяч кубометров глины. Производство запустили. И дело пошло. Спрос на кирпич опережал предложение. Но опять загвоздка – цена местного кирпича оказалась выше, чем привозного свердловского. Стали разбираться, почему, оказалось, все дело в расходах, накопленных за многие годы строительства и запуска завода. Снова есть над чем голову поломать. Лучше не копить долги, а погасить их разом и снизить себестоимость продукции – к такому решению пришел Михаил Израилевич. О чем и доложил руководству «Тюментрансгаза». И снова ему удалось убедить в своей правоте вышестоящее начальство. И снова он оказался прав. Темпы производства набирали обороты, спрос на продукцию завода рос день ото дня. Вот такое мощное производство с востребованной продукцией удалось ему создать. И таких огромных успехов добился ЗСМ за 20 лет руководства Михаила Израилевича Флейшера.

Автор: Алена Ласовская








поделиться в социальных сетях
Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
0
Оставьте свой комментарий!x
()
x